s-info

Судьба-злодейка

ТЯГА К ПЕРЕМЕНЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ

Ночь словно не собиралась кончаться. Так всегда бывает, когда нет сна, а на утро намечено что-то важное. А Лиза наметила не какой-нибудь пустяк - побег от мужа. Конечно, можно было бы еще вечером сказать Павлику, что она любит другого и собирается связать с ним свою жизнь. Но тогда пришлось бы выдержать сцену с объяснениями, а то и слезами — она как-то видела, как Павлик плакал от переизбытка горестных чувств, и Лизе муж в тот момент не понравился.

Хотя, если честно, он ей перестал нравиться вообще. Влюбилась по молодости, очаровалась его силой и возможностями, но это же не значит, что подписалась на всю оставшуюся жизнь. Сколько интересных мужчин вокруг, глупо не попробовать счастья в других сочетаниях - так полгода назад решила Елизавета и сразу же увлеклась приятелем Павлика. Если бы Дан был его другом, тогда и речи быть не могло.

А Дан всего-то раз пять бывал в их доме, поэтому предательства по отношению к Павлику Лиза не чувствовала. Это же любовь, никто не властен над своим сердцем. Павлик поймет и простит, он всегда ее понимает и все прощает. Ну, если не сразу, то со временем обязательно - поплачет, покусает локти, что потерял такое сокровище. И смирится. Тем более Тимка будет жить с ней и Даном, Павлик захочет с ним общаться, значит, пойдет на мировую.

Все это Лиза продумала до мелочей, как только они с Даном решили, что пора жить вместе. Собственно, такое решение приняла Лиза, а Дан согласился. Квартира у него вполне подходящая на первое время, а потом, когда Павлик выплатит после развода причитающуюся ей долю, можно подыскать что-нибудь получше. Такие проблемы Лиза решала легко и с удовольствием. Может, потому, что других проблем, с тех пор как она вышла замуж за Павлика, у Лизы не было, а куда девать предприимчивость, доставшуюся неизвестно от каких предков? Предприимчивость - это же как талант, хочешь того или нет, она рвется за пределы черепной коробки и творит чудовищные вещи, если не найти мирное применение.

И зачем судьба-злодейка наградила ее этим талантом? Жила бы себе, горя не зная, в неге и довольстве, а тут сплошная неудовлетворенность. Вопрос часто всплывал в Лизиной голове, но ответ находился только один: что природой дадено, с тем и живи. Она и жила, с трудом удерживая тягу к перемене обстоятельств, пока не встретила Дана.

ПОЖАР НА ДВАДЦАТЬ ПЯТОМ ЭТАЖЕ

Лиза еще раз обошла весь дом, внимательно осматривая шкафы, углы и закоулки в поиске вещей, с которыми ей не хотелось расставаться после переезда к Дану. Таких вещей, только самых необходимых, набралось на три объемистых чемодана. Тимкины вещи она решила забрать, перед тем как сынуля с няней вернутся с Кипра. Дан обязательно полюбит Тимку. Раз он любит ее, то полюбит и ее ребенка, по-другому быть не может. Все образуется - как говорил какой-то литературный герой, какой именно Лиза вспомнить не могла. Да и не очень старалась, а сказал правильно – “образуется”.

До назначенного часа оставалось минут сорок. Лиза прилегла на диван и закрыла глаза. Как же она соскучилась по Дану! По его запаху - миксу из холодноватого аромата французского парфюма и естественного запаха молодого самца.

Этот коктейль будоражил ее кровь посильнее откровенной порнухи, до которой Дан был большой охотник. Под стоны и всхлипы с экрана телевизора, занимавшего чуть не всю стену в его спальне, Дан творил чудеса. Лизе казалось, что такого восторга, такого накала страсти, до которого Дану удавалось довести ее, сердце не выдержит и лопнет прямо здесь, на темно-синих шелковых простынях. Или еще лучше на пушистом зеленом ковре - пристанище их ненасытных тел.

С Павликом она ничего подобного не испытывала. Лиза не хотела оговаривать мужа - он был совсем не плох в постели, но до Дана не дотягивал. Такой изобретательности, такой выносливости и интереса к процессу в нем не было. Может, потому что он действительно ее любил, и это излишне бережное отношение к ней мешало распуститься страсти во всю ее мощь? Если так, Павлик сам виноват - любовь не должна мешать сексу.

Лиза встала, сладко потянулась от предвкушения скорой встречи с Даном и подошла к входной двери. Дверь, естественно, была заперта, а вот ее ключей не было нигде. Она обшарила всю прихожую, все шкафы и полочки, проверила карманы даже в вещах, упакованных в чемоданы. Ключей не было нигде. Неужели Павлик спрятал? Что-то заподозрил и спрятал, чтобы не убежала? Лиза бросилась за телефоном - нужно срочно позвонить мужу, но телефона тоже не было. Ни на комоде, где он обычно лежал, ни в сумке, ни на туалетном столике в спальне. На Лизу напала такая паника, словно она оказалась в горящей комнате на двадцать пятом этаже. Что делать? От ее затеи по-тихому исчезнуть из дома и вправду начинало попахивать паленым, но превратиться в головешку все-таки угрозы не было. Она залпом выпила стакан холодной воды, чтобы успокоиться, и стала вспоминать поминутно вчерашний вечер.

С ЧЕГО ЭТО ВДРУГ?

После упоительного свидания с Даном она отправилась с подружкой в кафе - надо было срочно рассказать о своем счастье. Когда подруга уже кипела от зависти и любопытства, Павлик заехал за ней в кафе. По дороге она самозабвенно врала ему о том, как они с этой самой подругой полдня бродили по магазинам, потом зашли на минуточку на вернисаж - ну, того самого художника, о котором она рассказывала Павлику. Ничего особенного, пресный реализм, в общем, тоска. Проголодались, конечно, пообедали в кафе - вот и весь ее день. Павлик слушал ее молча, не перебивал и не переспрашивал. А когда выключил мотор, вдруг обнял - так неожиданно, так порывисто, что Лиза даже растерялась.

Потом потащил домой, в спальню, даже не дал в прихожей туфли снять. Сам снял их, уже когда она лежала практически голая на кровати. Она было попыталась спросить, с чего это вдруг, но он закрыл ей ладонью рот. И все целовал ее, целовал, будто не видел сто лет. Может, и вправду что-то почувствовал? И ключи поэтому спрятал, и телефон? Лиза еще раз прокрутила в памяти все даже не по минутам, по секундам. И вспомнила: когда Павлик начал ее целовать, у нее к ногам соскользнула сумочка. А когда она ее поднимала, выходя из машины, сумка была открытой. Стало быть, ключи и телефон остались в мужниной машине… И вот она, трепетная и сгорающая от любви, сидит взаперти, не имея возможности даже позвонить Дану, потому что не знает номер его телефона. И его звонок она не услышит, а он наверняка с ума сходит от тревоги и страха за нее.

Стало так досадно, так обидно, что сорвалось дело, которое она запланировала и просчитала до мелочей, что Лиза разрыдалась в голос. Так горько и так долго она не плакала с самого детства. Она и не заметила, как, утомившись от слез и бессилия, она заснула.

Павлик разбудил Лизу, легонько коснувшись плеча.

- Ты почему здесь, в гостиной, спишь? Заболела? Глаза красные, бледная… - Павлик встревоженно рассматривал жену. - А я тебе ключи принес и телефон, ты, видно, вчера выронила в машине… Что случилось-то? Чемоданы собрала…

Лиза взяла телефон и открыла почту - так и есть, сообщение от Дана. “Прости, но мы поторопились. Я готов любить тебя хоть каждую минуту, но не твоего сына. Чужой ребенок не вписывается в мою будущую жизнь. Будь счастлива без меня, если сможешь”.

- Так ты зачем чемоданы-то собрала? - не унимался Павел. - Впрочем, правильно сделала: я билеты купил на Кипр, завтра летим. Так по Тимке соскучился, сил нет. Ты рада? Лиза, ну очнись же!

- Рада, конечно, - прошептала Лиза, обнимая мужа. - Я так и знала, что ты купишь билеты, вот только вещей, наверное, многовато собрала. Лишнее выброшу... И мы полетим к Тимке и будем счастливы всем назло.

- Кому назло? - удивился Павлик.

- Это я так просто, пошутила. - В Лизиной голове уже крутились чудесные кипрские пейзажи и планы путешествия по огромному острову между морями. А когда они вернутся, она затеет ремонт. Или займется садом - скоро лето. Или найдет работу - например, по коммерческой части. Да, коммерция - это то, что ей нужно, грех зарывать талант.

Алина Рощина

s-info