s-info

Венера в скорпионе

И СНОВА ОТСТАВКА

На этот раз все было серьезней, чем раньше. Хотя… Каждый раз, когда Соня влюблялась, сомнений у нее не было - вот оно, настоящее чувство, захватившее наконец-то ее исстрадавшуюся душу целиком. Она приветствовала новую любовь сиянием глаз, восторженным настроением и всплесками невероятной энергии. Соня отдавалась ей полностью и тут же начинала продумывать пути освобождения от семейных уз с минимальными потерями, но не успевала осуществить маневр. И вовсе не потому, что объект ее вожделения шел на попятную - Соня бы не позволила вильнуть. Остывала она сама.

Сначала в любимом мужчине начинали проступать мелкие погрешности, которых она не замечала, потом они становились очевидными недостатками и довольно скоро - практически пороками. Не пороками, конечно, типа алкоголизма, наркомании или педофилии, а такого рода изъянами, с которыми Соня никогда бы не смогла смириться. Например, Алексей сразу сказал, как только они решили жить вместе, что не позволит ей красить волосы и пользоваться духами, как не разрешал это делать жене. Сначала Соня приняла это за шутку - как это? Ей что же, теперь ждать, когда волосы превратятся в отвратительную седую метелку, выбросить любимые Chanel и наслаждаться ароматом свежевыстиранной одежды? И вообще, кто вправе запретить то, что ей нравится?

В Лешку она была влюблена страстно, до дрожи в коленях и онемения рук. Она искала с ним встречи каждую минуту и была готова отдаться хоть в подъезде чужого дома, хоть на скамейке в парке. И если честно, то в парке или подъезде даже лучше, чем в съемной квартире или гостиничном номере - острее, кровь бурлит и ударяет в голову от мысли, что кто-то увидит. Они несколько раз так экспериментировали, но Лешка сдался - не по возрасту, сказал, ему трахаться с любимой женщиной по темным углам. А ей нравилось! Вот с этого несовпадения и начались ее сомнения, а уж когда он сказал про волосы и духи, все закончилось. Лешкины достоинства начали блекнуть, страсть снижать градус, скамейки с подъездами перестали манить...

В общем, оба вернулись в свои семьи. Лешка отправился вместе с женой отращивать ее седеющие локоны, а Соня, после довольно продолжительного душевного отклонения от родного очага, нашла массу привлекательных черт у собственного мужа. К счастью, он был так занят, что ничего не заметил. Он вообще то ли не замечал, то ли не обращал внимания на перепады Сониного настроения. Его заботили проблемы поважнее: бизнес, платежи, неустойки, а что жена капризничает - так это нормально, настоящая женщина. Соня такую мужнину философию расценивала как предательство и начинала томиться в поисках новой любви, без любви Соня чахла.

КАК ПЧЕЛЫ НА МЕД

Претенденты на роль возлюбленного находились быстро. Ей даже иногда казалось, что мужики летят на нее как мухи на... Нет, так уж она про себя сказать не могла, хотя и любила крепкое словечко и самоиронией не была обделена. Лучше уж как пчелы на мед, чувственную сладость высшей пробы она обещала каждому, кто попадал в зону ее внимания.

Случился у нее чудный роман в Ростове-на-Дону, куда ездила инспектировать завод. Работу Соня выполнила быстро и умело, а после трудового дня директор пригласил ее в “домик для дорогих гостей” на берегу Дона. Домик оказался роскошной виллой с бассейном, сауной и прочими радостями плоти. Да и сам директор отличался от большинства провинциальных руководителей и молодостью, и дерзостью - начал флиртовать с министерской инспекторшей. Флирт перерос в любовь, начавшуюся прямо в домике. Ей нравилось в директоре все - и стать, и напористость, и, естественно, выдающаяся мужская сила, свойственная сынам Тихого Дона. Расставались, словно кожу друг с друга сдирали, но разлука оказалась недолгой. Директор вскоре примчался в Москву, вроде бы по заводским делам, но на дела у него времени оставалось немного - Соня творила чудеса на широкой постели конспиративной квартиры, которую директор держал в столице для особых случаев. Случай и вправду выдался особый, он уже не мыслил себе жизни без Сони. Но при одном условии: жить они будут в Ростове, потому как бросить завод он не может.

Сначала Соня пропустила его условие мимо ушей, потому как страсть затмила рассудок, но после второго его настойчивого предложения переехать к нему Соня засомневалась. Ростов ей понравился, и Дон впечатлил, но покидать Москву она не собиралась даже ради такого лихого казака, как ее директор. Вскоре она стала слышать его южный говорок; такую нестоличную манеру одеваться, хотя он и старался соответствовать изо всех сил; начальственный тон, прущий из него, как только его мнение не совпадало с ее.

Он еще продолжал мотаться в Москву под любым предлогом, она тоже пару раз навестила благодатные донские степи, но огонь, бушевавший в ее сердце, постепенно угасал. Директор, уловив любящим сердцем первые признаки похолодания, старался поддержать ее горение дорогими подарками и вкуснейшими рыбными деликатесами. Но ей стало казаться, что он покупает их за представительский счет завода, а не на свои деньги, что оскорбляло ее чувствительную душу. Чем дальше, тем все больше она находила причин для неудовольствия и раздражения. В общем, директор получил отставку, она душой вернулась к мужу - все как всегда.

В ПОИСКАХ ИДЕАЛА

После директора в Сониной жизни случилась еще парочка романов, но о них она вспоминать не любила - не стоили они того, чтобы хранить их в голове. Единственный факт, за который цеплялась память, - одинаковое развитие событий: сумасшедшая страсть, слепая и не знающая границ, через время зацепка за незначительный изъян, а потом стремительное движение по наклонной до полного отторжения недавнего объекта любви.

А что, если и на этот раз схема повторится? Сейчас ей кажется, что Роман - самая большая любовь в ее жизни, а дальше? Обо что в его характере - манерах, поведении, взглядах - она споткнется через месяц, два? И начнет ее великая любовь скукоживаться, как шагреневая кожа, пока не превратится в жирную точку, которую она в очередной раз поставит на попытке свить новое гнездо. Такая перспектива Соне не понравилась. Более того, она ее испугала. Но еще больше она испугалась, когда проанализировала этапы своего большого пути и поняла, что дело в ней самой, а не в этих мужчинах, которых она то любила, то гнала прочь.

- Знаешь, почему тебя шарахает от одного мужика к другому? - спросила лучшая подруга, хотя Соня на этот раз решила не рассказывать ей ни о своей новой любви, ни о страхах, посетивших ее душу, не знавшую прежде сомнений.

- Ты о чем? - попыталась сыграть искренность Соня.

- Не лукавь, со мной не пройдет, - подруга пристально посмотрела Соне в глаза. - Боишься, что опять облом? И опять придется возвращаться к мужу? Так ты не бойся - так оно и будет. Планида у тебя такая.

- А ты откуда знаешь про мою планиду? - Соня аж раскраснелась от возмущения.

- У меня приятельница есть, астропсихолог. Так я ее попросила на тебя натальную карту составить. Оказывается, ты у нас Венера в Скорпионе.

- И что это значит? - опешила Соня.

- То и значит, что будешь всю жизнь искать идеальную любовь - как и положено Венере, но Скорпион не позволит найти, потому как умный, проницательный и видит недостатки других людей. Все про тебя.

Соня услышала то, что хотела услышать меньше всего: не будет конца ее стайерской дистанции по любовному перепутью.

- Прими все как есть - мой тебе совет. И астропсихолога, - подруга повертела в руках бокал с шампанским. - Тем более что муж у тебя тоже Венера в Скорпионе, вы друг друга стоите.

- Он тоже ищет идеальную любовь? - Соня не верила своим ушам.

- Наверное…

По тому, как подруга отвела глаза и едва слышно хмыкнула, Соня поняла, что муж искал идеальную любовь и в ее объятиях, но не нашел. Кто кого не устроил, спрашивать не стала - лучшая подруга все-таки. А заявление на развод, которое лежало у нее в сумочке, порвала. “Надо еще разок попробовать, - решила она. - Интересный тип - этот мой муж…”

Алина Рощина

s-info